SingForAbsolution
Я прошел на кухню.Мне очень сильно захотелось чашку горячего какао, но молока в моем холодильнике не было, поэтому придется обойтись кофе и шоколадкой. Я взял чашку с напитком и отправился в любимое место в этой квартире - окно. Я сел на подоконник и как обычно начал всматриваться в темноту. Вскоре я начал разбирать силуэты зданий, еще через пару минут я отчетливо видел людей, машины и прочие незначительные вещи. Я отломил кусочек шоколада и положил его в рот. Через несколько секунд мое сладкое удовольствие начало таять, обволакивая весь рот теплым шоколадом. Потом я сделал глоток кофе, он смыл сладкий привкус, оставляя после себя горечь и пленительное послевкусие. Я не знал, почему хотел побыть сегодня один, думать о чем-то или о ком-то мне не хотелось. Я мечтал просидеть вот так, на окне всю ночь, так как я прекрасно знал что уснуть мне будет тяжело, особенно одному. Я уже привык, что сзади меня обнимает Доминик. Если его руки прикасаются моего тела, мне без разницы, где спать. Хоть на улице, хоть на другой галактике, лишь бы быть рядом с ним. Мне всегда нравилось сидеть возле окна в холодный зимний вечер. На улице морозно, холодно, смотришь на людей в зимней одежде и понимаешь, как же хорошо и тепло дома, где тебя может согреть какой-нибудь напиток, а еще лучше, чьи-нибудь горячие руки. Я уставился в одну точку, ей была, какая-то старенькая иномарка, достаточно долго смотрел на нее, без каких либо мыслей, просто давал своей голове отдохнуть, впервые за несколько месяцев, я абсолютно не о чем не думал. Хотя нет, только что я понял, что очень сильно хочу клубники, вот, только где я ее возьму в такое время, тем более что на улицу я даже нос высовывать не хотел. Придется терпеть. Завтра я ее добуду! Спрыгнул с подоконника и пошел в спальню, где на одной из хлопковых подушек спала Тиа. Я лежал и строил сценарий завтрашнего дня, сон не как не хотел накрыть меня своей нежной и беззаботной пеленой, под которой мир наполнен живыми улыбками, но как только пелена спадает, ты попадаешь на ту сторону, где царит реальность, в мир, где улыбку можно купить за несколько фунтов, где искусственно натянутые уголки губ, обычное повседневное дело. Лично я редко улыбаюсь тогда, когда мне этого не хочется делать. И мне плевать что это может быть: ответственные съемки или что то еще в этом роде, зато Доминику приходится натягивать рот до ушей, чтобы показать людям что все замечательно. Хотя так ведь и есть. Конфликтов в группе нет и никогда не было, а личная жизнь не в счет, она же личная и не должна влиять на мое настроение в стенах мьюз. В последнее время мое депрессивное настроение начало раздражать не только окружающих, но и самого меня. Надо было заканчивать с этим, и по возможности постараться не надоедать Дому, иначе он не выдержит и прибьет меня.


Проснувшись утром, я первым делом разбудил Доминика, что было впервые, так как это была его работа, напомнил ему о документах и о собаке, которую он не должен забыть. Мы договорились встретиться через 2 часа в аэропорту. Сегодня у меня было прекрасное настроение, и испортить его не представлялось возможным. Выйдя из душа, я покормил себя и собаку и начал собирать вещи, хотя собирать было почти нечего, я взял только пару любимых безделушек, несколько книг и кое-какие диски с фильмами. Выглянул на улицу из окна, меня сразу же встретил ледяной пронизывающий ветер, каждое утро одно и тоже, и в моей голове сразу же возникла моя каждодневная фраза: «ненавижу холод, серость и сырость Лондона.» Хочу туда, где тепло, или в Россию, там хоть и холодно, но нет этой чопорности, и есть надежда, что летом там будет действительно жарко, а весной будет цвести наш сад, не какие гастроли не заставят меня пропустить это зрелище, но сейчас я не хочу загадывать вперед, в моем нынешнем положении нужно жить одним днем. Кстати, лучше бы мне задуматься о своих творческих планах, уже пора продумывать концепцию следующего альбома, а последнее время я не могу выжать из себя даже один аккорд. Наверняка и Кирк и Крис думают что материала у меня уже как минимум на целый альбом, а что есть у меня? Абсолютно ничего, одна мелодия, написанная еще осенью, когда мы с Домом пытались разобраться в наших чувствах. Так как я был уже одет и собран, и у меня в запасе были лишнее полчаса, я решил достать свою старенькую, потрепанную акустическую гитару. Эта старушка служила верой и правдой мне не один год, мы через многое прошли вместе. Я купил ее еще в юности, когда мы были никому неизвестными и не нужными. Я достал ее из огромного выдвижного шкафа предназначенного специально для нее, провел пальцами по облезлому корпусу, чувствуя подушечками каждую царапину. Она напоминала мне о прошлом: о моем детстве, когда я был не нужен никому. Родители занимались своими проблемами, а я был предоставлен самому себе. На этой гитаре я учился играть, мне безумно хотелось попасть в группу к Дому. Это казалось главной мечтой и желанием жизни. Ну, хоть тут я не прогадал. Мечта сбылась, и теперь не Доминик, а я главный в этом трио, хотя мне не нравится это распределение ролей. Никто не должен быть главным, ведь каждый делает все по мере своих возможностей и способностей. Несколько минут я думал о том, стоит ли забирать ее в Россию, но в конце концов решил оставить ее здесь. Когда я уже стоял на пороге квартиры, я понял что не хочу отсюда уходить. Было предчувствие что сюда я больше не вернусь. Взяв на руки собаку, я вышел на улицу, мелкий моросящий дождь был похож на легкую дымку, я не любил запах сырости, но здесь он окружал меня повсюду. Я зашагал по черному асфальту к машине, которую оставил не далеко от дома, проходя окно крыши дома, сверху, за шиворот мне попало несколько капель воды. Как же это противно и неуютно. На мгновение, мне показалось, что из-за вчерашней прогулки у меня начало болеть горло, но вроде я ошибся, хотя все же стоило бы выпить горячего шоколада и съесть убойную дозу витаминов в виде фруктов. Внутри машины было так же холодно и неуютно. Но делать было нечего, поэтому пришлось поглубже закопаться в пальто и заводить двигатель. Только выехав со стоянки у меня зазвонил телефон. Как я и думал это был Ховард.
- Да, дорогой.
- Мэт, а ты сильно будешь злиться, если я тебе скажу, что у меня сломалась машина? За такси заплатить не чем, все деньги на карточке, и тебе придется за мной заехать.
- Нет не сильно, не оставлять же тебя одного на окраине города, без машины и денег.
- Я тебя обожаю.
- Я знаю. Одевайся, я буду минут через 20.
-Я уже почти одет и жду.
- Надеюсь что тебе хватит 20 минут чтобы собраться окончательно и вынести свои чемоданы на улицу.
- Да, я постараюсь.
Я повернулся на Тиару и вздохнул:
- Да уж, и на этого человека, еще вчера я злился, ну хоть в этот раз не я оказался беззащитным существом. От этого я прям чувствую себя взрослым! Тиа, ты наверно думаешь, что я псих, думающий, что 32 года - это детство. Но поверь, у меня - это раннее детство.

Автоматические ворота открыли передо мной двери и я заехал к тебе во двор, где уже стояли несколько чемоданов. Интересно, что он в них запихнул? У меня получился только один, и то наполовину пустой. Через минуту вышел ты, таща за собой еще один чемодан и собаку. Я вышел и помог тебе засунуть их в багажник. Сев в машину ты сразу же начал тараторить:
- Меня напрягают эти псы, с ними приходиться таскаться по всюду, а Юлькин вообще выл всю ночь, я готов был придушить его!
- Да ладно тебе, они же маленькие, положил бы спать с собой, он бы не скулил.
- Нет, спасибо! Я привык спать с людьми, в частности с тобой.
- Позвони Тому, узнай все ли он сделал что я просил. - Он достал телефон и начал искать его номер, попутно задавая мне вопросы.
- А о чем ты его просил?
- Небольшая услуга.
- Я это итак понял. Ты что, не можешь сказать?
- Просто он должен организовать нам перелет с собаками, вот и все.
- Ну вот, а зачем надо было создавать интригу?
- Да ничего я не создавал, отстань.
- Я к тебе и не приставал. - он надулся и уставился в окно.
- Ну правильно, так и поступают взрослый люди, чуть что, сразу обижаться.
- Я не обиделся!
- Я вижу! - несколько секунд стояла полнейшая тишина, потом он улыбнувшись и как не в чем небывало сказал:
- Ладно, забыли. Не будем же мы ссорится из за мелочей.
- Вот и я об этом говорю.- Он позвонил Тому и узнал все тонкости перелета в нашем положении. Положив рубку, Доми повернулся и улыбнулся мне, своими озорными глазками.
- А давай не полетим домой?
- Милый, я не выдержу больше, даже дня в этом сером Лондоне.
- Яне говорю, что мы должны остаться тут, можно использовать наши оставшиеся две недели отпуска и съездить, куда-нибудь отдохнуть.
- Например?
- Ну например в Австралию.
- Шутишь, лететь через пол мира, ради нескольких дней? Я думаю это бредовая идея.
- Ты меня поражаешь. Значит запись альбома на другой планете - это нормально по-твоему, а вот поехать отдохнуть в место, находящееся в пределах атмосферы - это бред, я правильно тебя понял?
- Не занудничай, ты правда хочешь именно туда? Мы ведь можем съездить к тебе во Францию.
- Не... Это будет не отдых.
- Ладно, уговорил, поедем туда, куда скажешь.
- Хотя, ты знаешь, Франция не самый плохой вариант. Полетели в Париж.
- Париж, так Париж, летим туда. Уже через пару минут мы были в очереди в аэропорту. К нам подошел Томас и без лишних слов и прелюдии, поздоровавшись, сразу перешел к делу.
- Ну что, я договорился, вы полетите первым классом абсолютно одни. - Доминик улыбнулся, надеясь своей улыбкой растопить будущую злость Кирка, но вместо этого я почувствовал приятную ноющую боль внизу живота.
- Том, ты только не злись, ладно? Мы с Мэтом решили полететь во Францию. - лицо нашего менеджера стало ярко красного цвета, как я понял у него пропал дар речи, но он все же выдавил из себя:
- я вас ненавижу, вы, вы, как же вы меня достали. Я решаю все ваши проблемы, а вы настолько обнаглели, что даже не соизволили сообщить , то одна из ваших девушек беременна.
- Бывшая девушка. Резко вставил Дом.
- Да плевать я на это хотел! Девушка может и бывшая, а проблемы настоящие и будущие. Короче разговаривать с вами бесполезно. Раз уж вы будете во Франции, то дадите несколько интервью, сейчас Мэт особенно интересен прессе. Дом, только сделал так, чтоб он не наговорил глупостей. А еще там будет проводиться благотворительный вечер, сходите на него, вы уже давно не появлялись на людях. Но, ни дай бог кто-то что-то узнает за вас двоих... Спущу три шкуры, ясно? - мы одновременно закивали головой.
- Да, да. Все понятно.
- И еще, через 2 недели у вас уже будут концерты.
По правде говоря, это была замечательная новость! Мы уже соскучились по работе на столько, что несколько раз пересматривали собственные концерты. Доминик постоянно сидел и делал замечания самому себе "Нет, ну посмотри, посмотри на себя! Кто тебя выпустил в таком виде на сцену? Не расчесанный, волосы в разные стороны, смотреть противно!", на что я ему все время говорил: "-ты в первую очередь рокер и музыкант, и только потом супер модель, да и вообще, Курт Кобейн мог не мыть голову перед концертом, и ни чего, из-за этого его ни кто меньше любить не стал". После того как ушел менеджер, мы несколько минут стояли и смотрели друг на друга. Первым начал говорить Доминик.
- Ты знаешь, только сейчас я понял, что поездка во Францию не сулит нам ничего приятного.
- Да, да, я уже тоже это понял. Я не очень любил аэропорты, но сейчас у меня сложилось впечатление, что мы здесь одни, накрытые стеклянной колбой, все потому что слишком плотный, концентрированный гул людей делает возможным слушать наш разговор только нам двоим, остальные же даже не выделят наши голоса из общих масс. Как и обещал нам Кирк, в первом классе мы были абсолютно одни. Это давало нам возможность говорить на любые темы и смотреть друг на друга так, как мы привыкли, но вместо этого Дом просто смотрел в окно. Я ненадолго задумался о возможном конце наших отношении. Мне было очень интересно, когда настанет этот момент «Х». Как будет происходить наше расставание, что мы будем говорить друг другу, сколько лет нам тогда будет? Потом, на долю секунды мне стало страшно из-за того, что я начал думать об этом, ведь раньше я видел наше будущее, оно было реально и ощутимо, но что могло поменятся? Я уверен, что и Дом чувствует что-то подобное, некую перемену. Но я очень люблю его, и не хочу никого другого!
Доминик явно о чем-то думал, так как я заметил, что он уставился в одну точку, я не стал его не о чем спрашивать, зная что он все равно мне все расскажет. Еще минут через 5 он повернулся ко мне, уставился большими испуганными глазами и прошептал: «- А что, если бы все было не так? Ты только представь, что бы тогда было?»
- Ты о чем? Я пропустил начало предложения, или ты от переизбытка эмоций слова начал проглатывать.
- Да нет же! Представь, если бы я тебе ничего не говорил, держал бы все в себе...
- Дом, ты о чем, я правда не понимаю.
- Ну тогда, в Нью-Йорке, помнишь? Я сказал, что люблю тебя.
- Конечно, помню, я был готов убить тебя в этот момент.
- Я об этом догадался. Но все же, представь, что все было бы иначе!
- Продолжай…
- Я ничего тебе не сказал, беру билет на первый же рейс во Францию и лечу к себе.
- Почему Франция, а не Лондон?
- Там я быстрее смог бы себя успокоить и постараться убить чувства. Так вот, я сижу в самолете и мечтаю быстрее оказаться дома, хотя по правде я хочу только к тебе. Начинаю проклинать себя за то, что я такой трус. Вот проходит месяц, мы почти не общаемся, нас связывает только работа, дружба осталась где-то в юности, между 16 и 25 годами. Мы создаем видимость преданной дружбы, хотя в каком-нибудь интервью один из нас обязательно проколится. Я беру телефон, чтоб набрать твои номер, но в последний момент отказываюсь от этой затеи. Вдруг рядом Кейт, ей ведь не нравится когда что-то отвлекает тебя от нее, от этой мысли во мне просыпается ревность... Но я не имею на нее права. Я мечтаю позвонить тебе и сказать, как сильно соскучился, но я этого никогда не сделаю.
- Почему? - я спросил это с безумной досадой в голосе.
- Да потому что теперь, мне кажется, что мои чувства написаны у меня на лбу, вдруг бы ты догадался. Предстать, как бы это выглядело: «-Мэт, привет, я так сильно соскучился, оставь, пожалуйста, Кейт и приезжай ко мне, просто потому, что мне очень хочется тебя увидеть!».
- Ну и? Я бы приехал. Я же люблю тебя. Как бы я мог не приехать.
- Не забывай, я же тебе ничего не говорил, ты даже не догадываешься о своих чувствах, и любишь только Кейт.
- Ладно, не отвлекайся, продолжай.
- Вы бы жили на две страны, ходили вместе на разные тусовки, и знаешь, самое страшное для меня было бы то время, которое бы ты проводил в Америке. Даже не знаю почему. А я бы сидел дома и думал, вспоминал, когда настал переломный момент нашей дружбы. Именно в этот момент наши дружеские отношения «перешли на нет», ты же помнишь, как было в последнее время... Только работа, ничего больше... И тут я понял, что меня тянет к тебе не только для того что бы вместе напиться в каком нибудь баре, но и чтобы после этого проснутся в одной постели обнимая друг друга. Во время тура я наслаждаюсь твоим обществом, слушаю весь твои бред, причем даже не думая вслушиваться в слова. Пока ты говоришь - я упиваюсь твоим голосом, смотрю в бездонные глаза, от них очень трудно оторваться. Знаешь, есть люди, в глаза, которых смотреть неприятно и страшно, не потому что люди не красивые, просто чувствуешь себя не в своей тарелке. А твои глаза - это совсем другое, они родные, я смотрю в них как- будто в собственные, хотя понимаю, что мир мы видим с разных углов. Мне всегда было интересно взглянуть на него твоими глазами, это, наверное, то же самое, что видеть цветные сны. Я на короткое время перевожу взгляд на твою шею, на которой проступают тоненькие вены. И тут же возвращаюсь к глазам. Наступает момент, когда я готов все тебе рассказать, пока ты мне что-то рассказываешь, я собираюсь с мыслями. Вот, все, я уже готов, но в последнюю секунду я слышу обрывок твоего лепета, ты с восторгом сообщаешь, что группа для тебя теперь на втором, а, то и на третьем месте, все потому что у вас с Кейт будет малыш. Теперь уже поздно о чем-то говорить, я молча встаю и ухожу. В незнакомом мне городе я нахожу ближайший бар и напиваюсь в стельку. Я понимаю, что начинаю ненавидеть Кейт и ребенка. Знаешь почему? Да потому что когда ты говорил , что работа для тебя теперь на втором месте, я принял это на свои счет, ведь это значило что тебе плевать на меня. Еле придя домой, в бессознательном состоянии я начинаю крушить гостиничный номер. Утром Кирк мне всыплет по первое число, но в данный момент это не имеет значения… ничего не имеет значения.
Вы покупаете дома, готовитесь к появлению наследника. А я просто пытаюсь выжить, изо дня в день я просыпаюсь, и моей целью является попытка забыть тебя. Все чаще ловлю себя на мысли , что когда ты был с Гайей - я не переживал. Она не посягала на наше, как правильно сказать, общение, или даже не пыталась разрушить нашу маленькую вселенную, просто смотрела на нее со стороны, прекрасно понимая, что для тебя очень важна и она, и я, и самое главное музыка. Она понимала, что нарушение этого баланса, за счет сокращения одного или другого компонента, грозит тебе минимум нервным срывом и несколькими неделями лечения. Поверь, не один человек на свете не знает тебя лучше, чем я. Ведь мне даже известен тот способ, которым я могу увести тебя у Кейт
. Но я не позволяю себя этого. Ведь теперь вас не двое... Для меня работа теперь стала и смертью и спасением, твое незнание и непонимание угнетают, фанаты не радуют, а только раздражают. Ловлю себя на мысли что ради музыки все это и начиналось, ради фанатов, а не коммерции, но мы настолько погрязли в своих проблемах, что забыли об этом. После каждого концерта, в моей постели просыпается новая девушка, а то и несколько сразу, с каждым днем я понимаю, что чем больше мечтаю забыть тебя, тем тяжелее мне становится. Все вокруг потеряло смысл, краски жизни потускнели. Не одна женщина не может потушить пламя внутри меня, вокруг меня все меньше и меньше людей. Наверное, я закрылся в себе, но по правде говоря, я не хочу никому открываться. Рядом с тобой, я чувствую себя холодной и темной луной, а ты солнце, иногда освещающее меня. Но как же этого мало… я хочу сгореть в твоих лучах, и пылать как можно дольше. Мне становится безразлично мнение других. Только ты. Никого больше в этом мире нет. Жизнь пролетает вокруг меня и лишь в то короткое время, когда мы вместе, время останавливается, и только тогда оно имеет значение.
- Дом, прекрати, все, хватит! Я не могу это слушать. Так не будет, и даже не могло бы быть. Только мы, навсегда, обещаю… никто и никогда нас не разлучит… мы судьба друг друга, и не может быть иначе… я тебя очень сильно люблю, и даже в минуты, когда мне будет казаться что выхода нет, и у нас нет шансов, отношения просто обречены. Обещаю сделать все, что в моих силах, чтоб пронести хотя бы частичку нашего тепла через вечность, и в старости мы вспоминали о минутах сомнения с улыбкой на лице. Но все же, если что-то пойдет не так, просто скажи « вкус твоих губ, останется со мною навсегда». Эти слова, будут значить наш последний совместный день, это значит - я буду любить тебя последнюю ночь. Так я хотя бы буду знать когда наступит конец, главное не исчезай, не уходи тайно, я этого не переживу, я ведь принадлежу тебе.
- Так, не начинай и ты раскисать, еще скажи что «вместе мы непобедимы».
- А это как раз не смешно.
- В смысле?
- В смысле, что последние несколько месяцев я не могу вытащить из себя не одной ноты или одного слова.
- Как думаешь, почему это?
- Я всегда писал в стрессовых ситуациях. Когда мне было плохо, рождались лучшие песни.
- Ты предлагаешь создать для тебя стрессовую атмосферу?
- В том то и дело, что оградив меня от всех проблем, ты лишил меня вдохновения.
- Ты винишь в этом меня?
- Нет конечно, разве модно винить человека за его любовь? Я жду, когда настанет тот момент, он всегда приходит в разное время и неожиданно, когда я пойму, что ты моя муза.
- Здорово, я буду подрабатывать на полставки твоей музой.
- Могу хоть сейчас начать выдавать аванс.
я потянулся к нему и начал целовать уголки его губ, покрывая их легкими, мимолетными, похожими на порхание бабочки, поцелуями. Он слегка напрягся и положил одну руку мне на затылок,.. придвигая ближе к себе. Я продолжаю покрывать желанное и горячее тело жаркими, манящими, изнывающими поцелуями. Губы, шея, ключица. Как только мои губы оказываются на твоей шее, ты тут же прерывисто и тяжело вздыхаешь, закрываешь глаза. Ты прекрасно понимаешь, что сейчас, рассудок как всегда покинет нас на ближайший час.
Самолет приземлился, и мы поспешили в гостиницу. Как только мы зашли в богатый и со вкусом обустроенный номер, в котором белые, бежевые, светло коричневые цвета, сочетались с благородным черным, нам позвонил Кирк. Он сказал, что сначала мы работаем, а только потом отдыхаем. И что б мы не расслаблялись, устроил интервью этим вечером.
- Дом, как думаешь, о чем будут спрашивать?
- А как ты сам думаешь? Конечно о тебе и Кейт. Наверно спросят, нашел ли я кого-нибудь себе, или продолжаю довольствоваться случайными связями. Для отвода глаз, возможно зададут несколько вопросов о работе.
- Странно конечно, я никогда не любил интервью, но сегодня, я вообще сам не свой. Может, я не пойду? – Дом опустил брови и строгим настораживающим тоном медленно сказал:
-Мэтт, даже не хочу слушать. Ты пойдешь и будешь вести себя там спокойно, чтоб не наговорить глупостей. Как только я увижу , что тебе тяжело, я сразу же подключусь.
- Стоп, а как ты узнаешь?
- Мэтт, я тебя знаю слишком долго, поэтому не переживай, я пойму, ведь я всегда знаю чего и когда ты хочешь.

Из гостиницы мы вышли держась за руку, после, сев в разные такси, отправились в назначенное место. Я прибыл туда первым, как и было оговорено, оглядев кафе, за дальним столиком я заметил девушку со странным цветом волос, точнее с несколькими цветами, волосы были уложены гелем и доведены до состояния ежика. Я понял, что мне нужно именно туда. Подойдя к ней я улыбнулся и поздоровался. Она сразу же повернула ко мне меню. Взглянув на открытую страницу, я увидел список алкогольных напитков, сразу же закрыв меню, я заказал себе просто ромашковый чай, дав этим понять, что не собираюсь обсуждать тему алкоголя и неразборчивого секса.
Сидев спиной к выходу, я все равно почувствовал, приближение родного тепла и знакомые шаги. Дом быстрым шагом подошел к нашему столику и мы начали ломать комедию. Ховард кинулся ко мне с дружескими объятьями.
- Привет, как долетел?
- Отлично. Как ты?
- Да ладно я, как ты, как Кейт?
- Я как всегда, Кейт обижается что ты уже месяц к нам не приезжаешь.
Думая что мы не замечаем, журналистка делала пометки в своем блокноте и удивленно смотрела на нас… наверно это значило, что из нас могли бы выйти непревзойденные актеры. В конце концов мы сели и началось непосредственно само интервью.
- Скажите, ходят слухи что вы планируете запись нового альбома, это павда?
- Да, мы планируем начать запись этой осенью.
- Иии что это будет?
- Мы будем как обычно экспериментировать с несколькими жанрами, но куда это выльется, еще никто не знает. Одно могу сказать точно, Дом и Крис не дадут сделать этот альбом чересчур легким по звучанию.
- Фанатам понравится? -Дом засмеялся…
- Мы на это расчитываем.
- Это правда, что вы такие закадычные друзья, как о вас говорят?
- Да это правда. Мы с самого детства вместе, всегда поддерживали друг друга, по-другому и быть не может.
- Но вы же живете в разных странах. Доминик, вы ведь переехали во Францию?
- Да, я переехал, но это не мешает, мы просто едем в аэропорт садимся на самолет и через час уже гуляем по городу или едем к Мэту. Разве у вас не так? Просто вы заказываете такси, а мы летим на самолете.,
- Редко встретишь такую дружбу в наше время. Мэт, скажи, это правда что твоя девушка беременна?
- Да правда, мы это не планировали, но узнав, очень обрадовались.
Я заметил как Дом сразу же поменялся в лице, и испугался что он может все испортить.
- Когда планируется свадьба?
- Мы пока не торопимся с этим, ведь это лишь формальность.
- А вы слышали о благотворительном вечере, который проходит завтра?
Ховард, заметив что я начал нервничать, взял удар на себя.
- Конечно, мы и наши девушки приглашены на него.
- Дом, ваша личная жизнь долго находилась в секрете, сейчас вы можете что-либо сказать по этому поводу.
- У меня есть девушка, мы встречаемся уже несколько месяцев, пока все замечательно
- Она из Франции?
- Нет, но она очень часто приезжает ко мне.
- И когда вы представите ее?
- Ну она не хочет офишировать наши отношения, но завтра у вас будет возможность пообщаться с ней.
- Ну что же, тогда может продолжим наше интервью завтра на благотворительном вечере, когда вы будете уже со своими половинками?
- Отлично.
Попращавшись я уставился на Ховарда.
- Ты что? Что ты наговорил? Какая девушка?
- Не переживай, я знаю как решить эту проблему, уже утром у меня будет девушка, и обещаю, ты не будешь ревновать. Ладно, звони Кейт, пусть она вылетает, я выйду, мне надо позвонить.

***
Я посмотрел на часы, они показывали без пятнадцати 12, у меня было еще пару минут чтобы успеть добраться в аэропорт что бы не заставить ее ждать. Все таки это было хорошей идеей взять машину на прокат, тем более что это хороший повод не пить завтра на этом идиотском вечере. Интересно, Мэтт спит, или проснулся? Заметив мое отсутствие, я все чаще стал пропадать от него по ночам. Но радует одно, я это делаю не по своей воле, и мне всегда, хочется вернуться обратно, в его горящие и жадные объятия. Я стоял в аэропорту с букетом синих орхидей. Мне казалось, что эти цветы очень ей подходят, с одной стороны они очень нежные и хрупкие, с другой, яркий цвет, полное отсутствие какой либо зелени, то есть полное отрицание предрассудков, это было точное ее описание. Минут через 10 я увидел знакомый силуэт, она бросилась ко мне на шею с вопросом, а где Беллз и Матвей? - я тоже рад тебя видеть. - ой извини, я правда очень рада тебя видеть. Просто я думала что вы вместе меня будете встречать.
- Беллз спит, Матвей и Тиара наверно раздирают очередную мою вещь.
- А Мэтью вобще знает о моем приезде?
- Это будет для него приятным сюрпризом.
- Понятно, ты просто не поставил его в известность.
- Нет, правда, он знает что кто-то сегодня прилетит, но даже не догадывается что это ты.
- Кстати, а зачем я здесь?
- Юль, понемаешь, теперь ты моя девушка.
- Ну... я конечно очень тронута, это заманчивое предложение, но нет.
- Если честно, я немного в шоке, ты первая кто меня так легко отшивает. Но это только плюс тебе. Но я немного не о том. Ты будешь моей девушкой только на один вечер.
- а ты в свою очередь первый кто говорит мне такое. И все-таки, что случилось?
Мы уже сидели в машине и разговаривали, одновременно направляясь к центру города.
- Давай начнем по порядку, я думаю что раз я тебя в это вмешал то ты имеешь право знать.
- Я тебя слушаю.
- Мэтт встречался с Кейт Хадсон, и получилось так, что после их рассования она узнала что беременна. Официально, они еще встречаются, так выгодно и ей и Моте, он не отказывается от ребенка, но под одной крышей жить с ней не собирается.
- Это я поняла, не зря же я руковожу переделкой вашего дома.
- Так вот, нас пригласили на благотворительный вечер, там все будут по парам, приедет Кейт. Ты согласна побыть моей спутницей на этот вечер? Ты же знаешь что вам я никогда не смогу отказать, но все таки, почему я?
-Во- первых ты очень красива, во-вторых, умная, в-третьих ты единственная из моих знакомых девушек, которая может вести себя достойно и не кидаться на шею к кумирам.
- А как же Джесс?
- Там все сложнее, короче ее я не могу позвать.
- Но мне совсем нечего надеть.
- Я уже обо всем позаботился. Нас уже ждут несколько дизайнеров, которые если будет нужно, за ночь сошъют тебе лучшее платье.
- Скажи, я обязательно должна быть там?
- Нет, не обязательно, просто если ты откажешься, мне придется за ночь найти себе девушку, попытаться все ей обьяснить, купить ей платье, короче ты мой спасательный круг.
- Ну... надеюсь что мы не утонем..
Вскоре мы подъехали к дизайнеру, увидев Юлю он восхитился красоте, миниатюрности и хрупкости.
- Завтра вечером она должна выглядеть лучше всех.
- На какую из звезд нам держать курс?
- Это не имеет значения, главное что бы она выглядела намного лучше чем Хадсон.
- Неужели и она будет на завтришнем вечере?
- Да, и я хочу что бы ты, Юленька, выглядела лучше всех девушек на этом вечере, деньги значения не имеют.
- Он подошел к Юле и потрогал ее волосы.
- А почему такие короткие?
- Мне так нравится.
- Ты не против наростить их на завтра?
- Она кинула на меня озлобленный взгляд, и мило улыбаясь проговорила: « - Если это необходимо, то я не против».
- Вам очень повезло, для вас у меня есть замечательное платье, которое я только недавно закончил, его не видел еще никто.
Мужчина удалился в другую комнату, и через пару секунд вернулся с чехлом для одежды, в котором ,как и ожидалось, лежал безумно дорогой наряд. Он взял за руку мою спутницу и направился в примерочную. Через насколько минут вышла она... Я не знал где ловить свою челюсть, которая не просто отвисла, а отвалилась напрочь. Волосы пока еще были уложены как обычно наружу, ей действительно шла ее короткая стрижка. Платье темно фиолетового цвета словно слоями было намотано на корсет, отсутствие брителек на платье и замечательная форма корсета позволяли любоваться красивой грудью, при этом оставляя ее почти закрытой. Корсет казался на столько плотным, что складывалось впечатление что Юля могла сломаться как тростинка. Хорошо подчеркнутые бедра, просто сводили сума. Ниже платье становилось более мягким и легким на вид, подол платья был украшен сверкающими не свету камнями, явно благородного происхождения, которые в каком-то затейливом рисунке то поднимались до колена, то опускалось в самый низ. В руках она держала еле заметный черный клатч с таким же непонятным рисунком и камнями. На ножках красовались черные миниатюрные босоножки, при виде которых я сразу же вспомнил золушку. Этот наряд подчеркивал же нежный возраст и миниатюрность. Возможно, что она не выглядела даже на свои 18 лет, что было очень хорошо. Пусть все завидуют, если уж появляться на публике с девушкой, то надо найти лучшую.
- Юльчик, просто нет слов. Ты прекрасна...
- Спасибо... Но мне кажется что это слишком дорого.
- Нет мне так не кажется. Мы все это берем, и еще нужно что-нибудь на шейку.
- Да…да минутку.
Мужчина вынес ювелирную коробочку. Открыв ее мы увидели тоненькую цепочку из белого золота, на которой весел овальный бриллиант.
- Мы его берем.
- К сожалению это не продается, но так как я давно вас знаю, Мистер Ховард, я дам его вам на прокат, абсолютно бесплатно.
- Огромное спасибо, я очень вам благодарен.
- Юля, Вы хотите что бы мои стилисты занялись вашими волосами сейчас?
- Мне в принципе все равно.
- Тогда лучше сейчас, что бы завтра мы просто сделали укладку и макияж.

Еще через час Юля вышла из другой комнаты с черными, словно ночь, волосами ниже лопаток. Мне оставалось только собрать всю волю в кулак и попытаться не склонить ее к совместной ночи. Как сказал бы Мэтью: « - Ты не в силах усмирить свою блядскую натуру.» И к сожалению он прав. Хотя люблю я только его, но почему меня все время тянет на лево? Выйдя из салона и оставив там одну вторую содержимого моего кошелька мы отправились в отель.
- Мне правда хорошо с такой прической?
- Тебе очень идет, если хочешь, я постоянно буду оплачивать тебе наращивание волос?
- Дом, прекрати, вы что решили сделать из меня вашу дочку? Я конечно понимаю что взрослой меня точно не назовешь, но...
- Что но? Ты же знаешь что мы помогаем тебе, потому что нам это нравиться, и да, мы решили сделать из тебя нашу маленькую, если не дочку, то просто девочку.
Она мило улыбнулась и повернулась боком на сидение, скинула с ног сапожки и поджала ноги под себя.
- Устала?
- Да, есть чуть-чуть.
-Тогда лучше пока не засыпай, мы уже скоро приедем.
Я повернулся и посмотрел на это спящее чудо, она все-таки уснула, передние локоны волос слегка упали на лицо, сливаясь с длинными черными ресницами. Наверное я сошел сума, но когда она лежала ко мне этим боком, я никогда бы не дал ей 18 лет, передо мной лежал ребенок, все-таки надо будет заглянуть в ее паспорт, хотя что я выдумываю, она же перелетела через границу. Но все-же что то не давало мне покоя. Подъехав к гостинице я решил не будить ее, а попытаться отнести в предварительно снятый номер на руках. Девушка на ресепшене остановила меня вопросом:
- Мистер Ховард, кем вам приходится эта девушка? Ей есть 21 год?
- Это моя девушка, она из России, там совершеннолетие наступает в 18 лет.
- Хорошо, проходите. Я занес ее в номер, разобрал постель и решил не раздевать Юлю, не знаю почему, но что-то мне подсказывало, Что что-то с ней не так. Я мог поспорить с кем угодно, что этой малышке не было 18 лет. Уложив на кровать, я убрал волосы с ее щечки, она была ледяная, я еще сильнее укутал ее в одеяло и отправился в наш с Мэтом номер. После того как я лег на кровать и уткнулся холодным носом в плечо Мэта, он сонно промурлыкал: « - Ты давно вернулся?» . Я также шопотом ответил:
- Нет, только что, ты заметил мои уход? И вобще, Беллз, почему ты не спишь?
- Мне стало холодно.
- Тогда иди ко мне и я тебя согрею.
Мэт повернулся и обнял меня за талию, потом накрыл нежными поцелуями мои скулы, и уголки губ.
- Так лучше?
- Да, то что нужно.
-Дом, я давно хотел спросить, почему ты называешь меня Беллз?
- Беллз... Точнее Мэт, только маленькие дети и ты, можете задать глупый вопрос, на который взрослый человек не сможет ответить, но зато, безссонная ночь мне гарантированна.
- Почему?
- Опять вопросы, да что же это за почемучка у меня в постели? Потому что буду вспоминать, откуда взялось это прозвище.
-А что, тебе оно не нравится?
- Очень нравится, просто было интересно когда ты мне его придумал.
-А еще, сегодня я вспоминал то время когда мы были мальчишками, даже тогда у нас было нежное отношение друг к другу, а точнее твое отношение ко мне, а я всегда был паразитом, который пользовался твоей добротой и отзывчивостью.
- Но что поделать, любовь зла.
- Эй, ты на что намекаешь?
- Да так.
Мы вместе засмеялись и Мэтью начал издеваться надо мной, положив свои ледяные руки мне на живот.
- Домка, я уже два дня хочу клубники, почему ты еще ее мне не купил?
- ну наверно потому, что я впервые об этом слышу. И вообще, прекрати наглеть, возьми телефон и закажи ее, заодно и мне кофе. Я настолько продрог на улице, что даже лежа в постели не могу согреться.
- Иди постой под горячим душем. Нехватало еще заболеть. А как только принесут кофе я тебя позову. А еще, тебе не помешало бы в кофе добавить коньяк.
- Ты что не помнишь, у нас «сухой закон».
- Да помню я все, но я же не себе.
- Ладно, я ушел, позовешь как принесут кофе.
Выйдя из ванной через несколько минут после настырного стука в дверь, я смог наблюдать такую картину: Мэт сидел на кровати и смотрел какую-то старую мелодраму, в руке он держал чашку какао, перед ним стояло чуть ли не ведро клубники и два тюбика взбитых сливок. Он кидал клубнику в рот, потом выдавливал в себя сливки, и запивал все это какао. Я быстро подошел к нему и забрал сливки. Он с набитым ртом пытался прокричать.
- Верни, это мое, твое кофе на тумбочке.
- Причем тут кофе, ты себя видел в зеркало? Не спорю, после болезни ты сильно похудел, но ты уже давно вернул себе все сброшенные килограммы, да еще и лишнего нахватал, знаешь, лучше уж я буду получать синяки от твоих костей по ночам, чем ты будешь расплываться на кровати как желе.
- Ладно, ты прав, но клубнику и какао можно?
- Можно, но вкус у тебя, будто это ты беременный, а не Кейт. Кстати, во сколько она завтра приедет?
- Не знаю точно, просто сказала, что утром. А куда кстати ездил сегодня ты?
- Завтра утром узнаешь.
- Кстати, ты помнишь когда мы ходили в ювелирный, я купил там кое-что?
- Да, только ты мне не показал что это.
- А тебе интересно?
-Да.
Мотя встал с кровати и отправился в прихожую, где висела его куртка. Вернувшись от туда, он положил мне на коленку маленькую белую коробочку, а сам в это время сел рядом со мной.
- Понимаешь, у нас с тобой есть семья, но мы с тобой не можем узаконить наши отношения, я конечно понимаю что это мелочь, но все же я решил соблюсти хотя бы некоторые формальности. Открывай.
Затаив дыхание я открыл коробку. Там лежало обручальное кольцо с гравировкой с двух сторон, на внешней стороне была надпись «Вместе навсегда», а с внутренней « я принадлежу тебе ". Несколько минут я находился в полном ступоре, причем первую минуту я не мог даже думать о чем-либо. Потом я понял, что это первый его подарок мне, просто так, без повода. И только потом, я осознал, что приняв это кольцо, я стану вроде как женатым или замужним, это было не столь важно. Я дрожащими пальцами провел по гладкой поверхности кольца, а потом медленно надел его на безымянный палец правой руки. На меня тут же кинулся с поцелуями Беллз. После того как мы отдышались, он достал из-под подушки еще одну коробочку в которой лежала золотая цепочка.
-А зачем она?
- Ну ты же не можешь носить кольцо все время на пальце.
Через секунду Мэт вскочил голым из кровати, схватил листок и ручку и начал что-то писать. Повернулся на меня и заорал:
- Гитару мне, быстро!
- Где я тебе посреди ночи найду гитару.
-Мне плевать , где хочешь.
С криком «-Все, романтика закончилась!», я натянул халат и пошел искать гитару, как ни странно, я ее нашел, на первом этаже находился ресторан, где играли живую музыку, я сумел договориться с музыкантом, с условием что мы оставим ему наши афтографы, он отдал гитару.
Зайдя в номер, и надеясь услышать благодарность я лишь услышал, сними себе на сегодня другой номер, я работаю.
Я молча вышел из номера и отправился спать к Юле.
Утром я проснулся от оглушительного крика:
- Что ты делаешь в моей постели?
- Я все объясню. Просто к Мэту вчера муза пришла, и он решил, что останется на ночь с ней а не со мной.
- А, тогда ясно, Мэт как обычно в своем репертуаре.
- Ладно, одевайся и приходи к нам в номер, я пойду Мэта будить.
Постучав в наш номер, мне открыла дверь Кейт.
- Боюсь спросить, что ты делаешь рано утром в халате и босиком в коридоре отеля?
- Мэт ночью работал.
- И что это значит?
- Он что при тебе ни одной песни не написал?
- Нет.
-Когда он пишет, никто не должен присутствовать в квартире, все его отвлекает.
Я прошел в комнату, где уставившись в телевизор сидел Беллз. Я схватил его за руку и потащил в спальню.
- Что это вчера было? Знаешь, я не намерен каждый день шарахаться по соседним номерам.
- Ты не понимаешь, я так долго этого ждал, ждал когда ты станешь моей музой.
- Твоя муза вчера бегала по отелю сначала в поисках гитары, а потом искала где переночевать.
- Я все понимаю.
- Да нифига ты не понимаешь!
- Наверное.
-Ладно, но чтоб больше этого не повторялось.
Я открыл шкаф, посмотрел на Мэта и заявил: «-А может мне пойти в желтых узкачах и футболке?»
-Если ты идешь в желтых, то я беру твои розовые, или голубые.
- Бери зеленые. Кстати, как Кейт отнеслась к твоей собаке.
- Не знаю, мне плевать, но как мне показалось она не в восторге. В этот момент в дверь постучали.
- Иди открой, это Юля, она спрашивала за тебя. Ей будет приятно если откроешь ты.
- Кейт, мы сами откроем.
Мэт поднялся и пошел к двери. Вернулся в комнату с висевшей на шее Юлей. После удушающего приветствия она отстранилась.
- О, когда ты успела наростить волосы?
- Ночью, бедный Доминик. Ему пришлось ждать меня несколько часов.
- Шутишь? Да для него счастье сидеть в салоне красоты. -Тут влез я:
- Вобще-то я тут. Прекрати говорить так, будто меня нет.
- Да ладно тебе, что я не прав?
- Так, а где моя собака.
- Ооо дорогая, тебя ждет длинная беседа на тему выбора имени щенку.
- Она захихикала. - Мэт голосом строгого хозяина позвал «- Матвей, ко мне!». В комнату влетел щенок с висящими до пола ушами. Он подбежал к Мэтью и начал трепать его за брюки. Юля сразу же попыталась его отодрать от них, после нескольких попыток ей все же удалось это сделать и ближайший час, пока мы все собирались, она не спускала его из рук. Они сразу же нашли общий язык. Знакомство Юли и Кейт прошло гладко, правда Кейт немного удивилась, как мне показалось, тому, что Юля не смотрела на нее как на великую актрису и не восторгалась ее талантами. Как позже мне призналась Юля, она просто не видела ни одного фильма с ее участием, хотя ее имя она слышала, и даже знала как выглядит, меня это очень забавляло. Также Кейт немного взбесило, когда Юля повисла на шее Мэта, но через пару минут она успокоилась. В два часа дня мы вчетвером вышли из отеля. Мы с Мэтом заранее обговорили как будем сидеть в машине. Мэт поведет, рядом сядет юля, а мы с кейт будем сзади. Может эта посадка выглядит странно со стороны, но если вдуматься, то все встанет по своим местам: как бы хорошо мы не общались с Юлей, по духу ей ближе Мэт, они оба творческие личности и понимают друг друга без слов. Я в случае чего могу остепенить Кейт, так как Беллз никогда себе не позволит сказать кому-то «нет», кроме меня. Можно было бы конечно посадить сзади девушек, но тогда бы Юля чувствовала себя неуютно. В конце концов мы сели так, как и планировали, в машине вели непринужденный разговор, стараясь чтоб в нем участвовали все. Вскоре мы подъехали к салону, где вчера нас с Юлей принимал дизайнер. Он встретил нас и отправил в разные комнаты. Юле надо было еще раз примерить платье, и нанести макияж, а у Кейт платье было уже готово, поэтому ей осталось только накраситься и сделать прическу. Нас с Мэтом отправили выбирать костюмы. Пока вокруг меня бегали девушки, предлагая тот или иной вариант, я мечтал об любимых узкачах и кедах. Времени было в обрез, поэтому пришлось выбирать очень быстро. Но и тут я остался самим собой, футболку я решил оставить свою, еще я выбрал серый леопардовый пиджак и черные узкие брюки. Мэт тоже долго не заморачивался, футболка с глупым рисунком, серебряного цвета брюки и пиджак. К половине пятого мы были готовы. Наши девушки выглядели божественно, на Кейт было легкое черное платье с множеством запахов: небольшой браслет, сумочка и туфли на высоком каблуке. Ее волосы лежали класическими волнами, не яркий макияж подчеркивал женственность. Юля была в своем безумно обтягивающем платье с бриллиантом на шее, высоких шпильках, ее волосы черные, словно сама ночь, были выпрямлены, макияж немного в готическом стиле, делал акцент на юности, дерзости. Она словно темный ангел, рядом с ней, любая будет выглядеть серой забитой мышкой, причем сама же выглядела как сирена, прекрасна… убийственно прекрасно.
Благополучно собравшись мы сели в машину и отправились в ресторан. Мы зашли в прекрасно оформленный зал, он напоминал обстановку 18-19 века: высокие потолки, тяжелые темные шторы, кованные светильники на стенах, столики были расчитаны на 2-х или 4-х человек. На каждом из них стоял подсвечник и столовые приборы. Кейт на секунду задумалась, потом шепотом позвала к себе Юлю. Вернувшись к мужчинам, Кейт объявила: «- мы посоветовались с Юлей и решили, что сидеть нам лучше раздельно, но неподалеку друг от друга. Да и еще, Доминик, ты здравомыслящий человек, я надеюсь что ты понимаешь, что на таких мероприятиях мы с Мэтом должны быть всегда рядом и…» - Доминик перебил ее и кивая головой сказал:
- Я понял о чем ты, я поддерживаю твою позицию, на сегодня Юля – моя девушка, а Мэт сегодня твой, никаких обид, но держим себя в рамках пристойного. Мэт, если на интервью тебе станет не по себе, подай знак, мы с Юлей сразу же подойдем, надеюсь что тогда все вопросы упадут на нас.
- Хорошо, договорились. Ну что, удачно вам провести вечер.
- И вам.
Мэтью и Дом разошлись в противоположные стороны, держа своих девушек за руки. Каждый из них хотел сейчас одного, отправится домой. У Дома, никогда не было проблем с женщинами, поэтому он прекрасно знал как нужно себя вести. Они сели напротив друг друга, одной рукой они держались за руки, Дом не сводил с нее глаз, будто не мог насмотреться. На самом же деле, в этот момент он рассказывал ей что нужно будет говорить прессе, которая сразу после ужина, вместе с представителями благотворительных организации хлынет сюда. Она внимательно слушала, но с каждой секундой ее кожа становилась все белее и холоднее.
- Я конечно понимаю, что под твои образ очень идет белоснежная кожа, но ты перестаралась. В чем дело?
- Мне страшно. А еще есть то, что я должна была рассказать тебе, но побоялась, и теперь мне кажется что это может всплыть.
- Ты что убила кого то?
- Нет конечно.
- Тогда все остальное я смогу пережить. Но дома обязательно мне расскажешь.
- Хорошо. - Доминик встал и перенес свои стул рядом с Юлиным.
- На нас с тобой направлены камеры, закрой глаза, и только не ори на меня.
Дом, одной рукой притянул к себе Юлю, другой провел по волосам и мягкой линии скул. Потом он чуть заметно наклонил ее и нежно поцеловал, этот поцелуй не был мимолетным, но он был легким и воздушным, Юля обмякла в его объятиях, как только Доминик это почувствовал. Он сразу же отстранился.
- С тобой все в порядке? Она ответила томно и с легким придыханием.
- Все отлично.
- Ты меня немного испугала.
- Все хорошо, правда, просто на минуту, я представила, как повезло Мэту с тобой.
- Это можно считать комплиментом? -Ее щеки налились краской, она опустила глаза и шопотом сказала:
- Конечно это комплимент.
- Спасибо, но поверь, это еще не известно, кому повезло больше.


В это же время Мэт и Кейт тоже играли счастливую пару. Они много разговаривали, ведь им было о чем поговорить, они обсуждали планы на будущее, Мэт иногда клал руку на ее слегка округлившийся животик. Люди с умилением смотрели на эту пару, было видно, что им хорошо вместе. Внезапно Кейт перевела тему разговора и спросила достаточно серьезно:
- Мэт, ты бы не хотел попробовать начать все сначала? Я помню условия нашего договора, но все-таки... Ведь это твой ребенок и ему будет лучше, когда его будут окружать оба родителя. И я, за эти несколько дней, я поняла как ты мне дорог... Не хочу терять тебя.
- Кейт, зачем ты так со мной? Не мучай меня... Ты не знаешь что было со мной после того, как ты рассказала мне о беременности. Меня и так все время мучает чувство вины, я думаю, правильно ли я поступил. Мне очень больно, и всю свою боль я вымещаю на Ховарде. Ты думаешь он заслужил это? Я лично так не считаю. Я обещаю, что ребенок не останется без моего внимание, но жить на две семьи это глупо и подло, по отношению к тебе и Дому.
- Я все понимаю и не тороплю тебя с ответом. Возможно, ты передумаешь и я буду тебя ждать. Может ты захочешь просто попробовать? Если у нас не получится, я отпущу тебя.
- Пойми, с ним я счастлив.
- Ты всегда так.. Думаешь только о себе, если тебе хорошо, то на остальных плевать.
- Да, да да... Я такой, но я же не скрывал этого, и не заставлял быть со мной, ведь я не обещал тебе звезд с неба?
- Ладно, давай закончим этот разговор.
- Я его и не начинал. После ужина в зал хлынула толпа репортеров и представителей благотворительности. Мэт подошел к роялю, стоящему посреди зала, и предложил музыкантам немного отдохнуть. Сам же сел и вначале пробежался беглыми пальцами по клавишам, они будто ожили под его напорством. К нему подошла Кейт и облокотилась на рояль. Ей было скучно, хотя Мэт играл никому неизвестный репертуар, и это должно было ее заинтересовать. Эту мелодию слышал лишь один человек, тот который с девушкой неспеша подходил к роялю с нелепой улыбкой на лице. Кейт, не видя приближающегося Дома произнесла:
- Ты не мог бы сыграть что-нибудь из известного?
- А это и так известно...
- Кому? Я этого у тебя не разу не слышала.
- Наверно потому, что не слушала. Зато ему, эта музыка знакома, правда Доми? – Он, так же как и Кейт, склонился к роялю и заглянул Беллами в глаза. В них он увидел намного больше, чем мог бы просто сказать, уголки их губ поползли вверх, музыка в ритм их настроения, тоже стала более нежной.
- Конечно известна, как я мог забыть.
Дом повернулся сначала на Кейт, а потом на Юлю.
- Эта мелодия была написана мне, в ней он умудрился и послать меня ко всем чертям и признаться в любви. Но я надеялся что ты не предашь ее огласки до следующего альбома. - Поверь, она осталась девственной.
- В смысле?
- Погляди на людей вокруг. Им плевать на то, что я тут играю. Музыка для них, это лишь фон, шум который мешает общаться. И только мы с тобой знаем что лишь музыка имеет ценность, по крайней мере для нас. Тем более, здесь наверно нет ни одного нашего фаната. Юля скромно подняла руку и удивленным голосом спросила:
- а как же я ?
Мэт засмеялся и лишь на секунду оторвал глаза от Доминика и посмотрел на Юлю, но не на миг не переставая играть.
- Ты уже не фанатка.
- Либо через месяц ты будешь ненавидеть наше творчество, либо ты станешь частью его.
- Каким образом?
- Я пишу о том что меня окружает, о том что меня волнует, все это вдохновляет меня. А ты тоже входишь в часть моего окружения. А если хочешь проверить как ты будешь реагировать на наше творчество через месяц, можешь поехать с нами в тур.
- А это правда возможно?
- А почему нет?
Юля посмотрела на Доминика, ожидая его одобрения.
- Он улыбнулся и мягко погладил ее по волосам.
- Ну раз Беллз сказал можно, значит можно.